_ ספר/י לנו מה שגוי

דואל:

זכרו שאין משמעות למספרי שורה או עמוד בטקסט רציף באינטרנט. אנא ציינו מספר פסקה, ו/או העתיקו כמה מלים סביב כל שגיאה, כדי להקל עלינו למצוא את הטעון תיקון.

רשימת הגהות:

נודיע לך בדואל כשנעיין בהגהות ונתקן את הטקסט.

_ נשמע לשמוע מה אהבת!

דואל:

ההמלצה שלך:

(אנו מפרסמים המלצות ביומן הרשת שלנו)
פרויקט בן-יהודה: בפייסבוק | ב-YouTube
יומן הרשת של פרויקט בן-יהודה

Из зимних песен

(пер. В. Жаботинского)

לרשימת התרגומים

                     I

 

Разбудил меня сегодня

Гам ворон и утра холод.

Я проснулся почему-то

Словно в праздник бодр и молод;

 

Словно в сердце, кто – не знаю,

Брызнул струйкой родниковой;

Словно вдруг моя каморка

Стала лучше, стала новой...

 

А, мороз убрал  окошко!

Хорошо убрал, на славу:

Точно посох Аарона

За ночь вырастил дубраву.

 

Кипарисы в хлопьях снега,

Дуб, алоэ, пальма, роза...

Добрый день, побеги стужи!

Шлю привет, цветы мороза!

 

И холодный, свежий, белый

Залил блеск мою каморку,

Словно был в ней добрый ангел,

Прилетавший на уборку.

 

И сияньем беззаботным

Залилась душа, ликуя,

Словно был в ней добрый ангел

И омыл её, целуя.

 

                    II

 

А пока узорный иней

Сыплет радуги на солнце,

Кто там искрой огневою

Бьётся, бьётся мне в окнце?

 

Шаловливый луч-малютка

В этой заросли горящей

Заблудился, зацепился

И повис в алмазной чаще...

 

Бьётся, плещется, трепещет

Искромётною пылинкой.

Рвётся вон из белой сети –

Вдруг затих – и стал росинкой...

 

Вон другая... Вон и третья...

И смотри – окно раздето,

И в каморку бурно хлынул

Ливень солнечног света.

 

То меня искало солнце

И настигло-затопило,

И в душе запела радость,

Бодрость дерзкая и сила...

 

Божий мир хорош и светел –

Я на плечи плащ накину

И, влюблённый, опьянённый,

Ринусь в белую пучину...

 

                    III

 

Только стал я на пороге –

И лучи, как брату рады,

Окружили, закружили,

Затопили без пощады.

 

Сколько солнц отвсюду мечет

Бриллиантовые стрелы!...

Словно девушка нагая

Блещет мир бесстыдно-белый.

 

Белизна, куда ни взглянешь,

Белизна без дна и граней –

Всё лучится, всё сверкает,

Всё как будто в новом сане...

 

Снегу, мощному Владыке,

Служат службой удалою

Белый Свет и белый Холод

Тот стрелой, а тот иглою.

 

Верно, ночью грозный голос

Прогремел державным кликом:

«Завтра всем в уборе белом

Быть на празднике великом!»

 

 

Серебро, хрусталь и мрамор,

Яхонт, радуга, червонцы –

Так и брызжут с каждой крыши,

С каждой веточки на солнце...

 

Нежен, чист еще, как в небе,

Стелет снег лебяжьи ризы

На заборы, мостовые,

Подоконники, карнизы;

 

Устилает тротуары

Мягкой белою периной, –

Нити проволок обвиты

Серебристой паутиной, –

 

А на крышах – одеяла,

Все с хрустальной бахромою:

В целом мире белый праздник,

Мир венчается с зимою!

 

Белизна зовёт и дразнит...

Сверху день рукой незримой

Сыплет пылью золотою

С диадемы негасимой...

 

А деревья, где для пташек

В белом инее чертоги,

Все звенят в сияньи утра

Гамом радостной тревоги...

 

                      IV

 

... Гей, Мороз, ожги насквозь!

В жар и холод разом брось,

 

Запуши мне ус и брови,

Влей железа вместо крови,

 

Словно звонкие мечи,

Буйны силы отточи,

 

И окуй, чтоб не прорвали,

Грудь как панцырем из сиали! –

 

Напряжи во мне все ткани,

Захвати мне дух в гортани,

 

Пылью золота гори

И, безумствуя, цари!

 

                    V

 

Треск и визг и лязг металла,

Словно рубятся враги, –

То хрустят упругим снегом

Богатырские шаги:

 

Утро шествует, вздымая

Радость облаком, как пыль... –

В дымке пара мчатся кони,

Заливаясь: циль-циль-циль...

 

В пёстрых сетчатых попонах,

То навстречу, то вослед,

Мчатся, мечут брызги снега –

И проносятся – и нет.

 

В буйном хаосе веселья,

Звона, пара и саней

Чуть мелькают вихрем шубы –

Щёки в пламени –  он с ней...

 

Словна та же ненасытность

Охватила все сердца:

Пролететь одним размахом

Ширь земную до конца!

 

Воля! Воля! – Эй, свободен?

Так помчи меня, живей,

Утопи меня в безумстве,

Душу с бурею развей!

 

Мчи, лети.. –Куда? – Не знаю!

Я не знаю – всё равно,

Лишь бы жизнь и кровь кипела,

Искрясь, пенясь, как вино.

 

Да, я сроду бледный книжник,

Да, я робок, слаб и хил –

Но и я во льду пустынном

Искру силы сохранил;

 

Но и я во льду пустынном

Затаил святые сны,

Ароматы новой, дивной

И невиданной весны...

 

Что так проволоки грустно,

По осеннему гудят?

Бьёт мой дух ещё каскадом,

И запас ещё богат!

 

Уходи, тоска лихая!

Чуден холод золотой!

Вырву кубок у судьбины,

Чтоб не выхватил другой, –

 

И одним глотком великим

Выпью кубок мой до дна,

Да сгорит в огне разгула

Мощь, и пылкость и весна!

 

А потом, когда иссякнет

Сила юная в груди, –

Довези меня до леса,

Там, за городом – и жди.

 

Тих зимою лес могчий,

Тишь под сводами его:

Бел он, убран и разубран –

И безвестно, для кого...

 

Среброкудрый и холодный,

Белым таинством объят,

Он свершает Славе Божьей

Некий жертвенный обряд...

 

Я войду. Между стволами

Непорочный снег блестит

Есть поверье: дивный молот

В глубине лесной сокрыт.

 

Из груди я сердце выну –

Совно меч, а грудь – ножны, –

И в горниле у мороза

Раскалю до белизны.

 

И вздыму я тяжкий молот,

И застонет белый рай,

И в груди лесное эхо

Грянет окликом: Дерзай!

 

И под молотом нальётся

Сердце крепостью, как он, –

И пойду своей дорогой,

Семикраты закалён...

 

1904

 

לרשימת התרגומים

לדף הראשי של פרויקט בן-יהודה